Никита Карпов — детский и подростковый психолог с 20-летним стажем, папа двоих детей и автор книг «Чертовы подростки!», «Чертовы скандалы!», а также новинки «Чертова школа! Как перестать мучиться из-за учебы». Мы поговорили с ним о том, почему родителей так тревожат школьные успехи детей и как строить отношения с подростками.
— Почему учеба подростков становится такой острой проблемой для многих семей?
— Нам, родителям, очень надо, чтобы дети учились. А им, подросткам ,— чтобы от них отстали. Эти векторы никогда не сходятся.
Школа — одна из немногих вещей, которые мы всерьез требуем от подростков. А если что-то требуют, появляется желание сопротивляться. Они хотят заниматься тем, что по-настоящему интересно, и учеба идет под откос. Мы, видя это, начинаем давить сильнее. В результате учеба становится а) постоянным источником конфликтов и б) практически единственной темой для разговоров. Иногда сюда приплетаются еще и гаджеты: «У тебя тройки, а ты все время в телефоне!» Эти темы сливаются в одну, усугубляя ситуацию.
Многие родители говорят: «Учеба — это твоя работа. У нас своя, а у тебя — своя. Твое главное дело жизни сейчас — учиться». Но вот беда, подростки редко действуют так, как нам кажется правильным. Когда реальность расходится с нашими ожиданиями, то, что мы считали главной задачей, автоматически становится главной проблемой.
— Как родителям правильно относиться к учебе своих детей?
— Универсальной инструкции не существует. Даже огурцы, засоленные по рецепту из интернета, не всегда выходят такими хрустящими, как обещали. А уж с детьми все намного сложнее.
Есть, однако, общие принципы. Главный для подростков — чем больше мы давим, тем сильнее они сопротивляются. Если какая-то тема нас особенно нервирует, напряжение передается подростку, даже если он изначально относился к этому нейтрально. Мы ему «помогаем» заколебаться вместе с нами.
«Правильное» отношение — это психологически здоровое отношение. Такое, при котором родители не седеют раньше времени, а дети вырастают более-менее стабильными. Это значит: разговаривать с подростком о том, что важно для него, о его интересах, мечтах и будущем. Не в формате «Кем ты хочешь стать?», а через вопросы: «Как ты это видишь? Что об этом думаешь? Давай вместе разберемся».
Такие разговоры лучше начинать еще до подросткового возраста. Ведь учеба — всего лишь инструмент для достижения целей. Мы, родители, возлагаем на нее слишком большие надежды. Когда-то в детстве нас убедили, что это единственный путь, чтобы выбиться в люди. Сейчас путей много, но мы продолжаем истово верить, что учеба — главное в жизни. А это инструмент.
— Что еще важно учитывать?
— Важно понимать, какой у вас ребенок, к чему он склонен, на что способен. Не всем нужно хорошо учиться, и не все к этому предрасположены. Мы часто ожидаем, что дети волшебным образом полюбят учебу, но врожденное стремление к знаниям — огромная редкость, особенно среди подростков.
Стоит также учитывать темп мышления. Медлительные дети — не менее умные и способные, но в классе, где, например, учитель говорит слишком быстро, они не успевают, у них ничего не получается, и школа вызывает отторжение. Или наоборот, слишком активные дети. Для них сидеть 40 минут на одном месте — пытка, они не вывозят это и никогда не будут вывозить.
Надо помнить, что школа — это усредненный формат, «радиоточка» для централизованной подачи образования, а ребенок всегда уникален. Наша задача — видеть, где особенности его личности расходятся с требованиями школы, и смягчать последствия.
— Нужно ли помогать подростку с учебой или полностью передать ему эту ответственность?
— Для подростков одна из ключевых мотиваций ходить в школу — это друзья, тусовка, общение. Если в классе нет контакта со сверстниками, подросток теряет интерес ко всему остальному. Что ему там делать, если общаться не с кем, а еще и нагружают, ругают и т.д.
Иногда помощь нужна, например, при проблемах с самоорганизацией. Бывает, что в начальной школе все само получалось, а потом стало сложнее, и ребенок растерялся. Оказалось, недостаточно схватывать на лету, надо трудиться. А он умеет. Тут нужно помогать, обучать новым навыкам. Если, наоборот, ребенок слишком самостоятельный, любое вмешательство с вашей стороны может быть воспринято как попытка контроля. Такому лучше сказать: «Это только твое», и тихо пить чай, когда прилетают тройки за «только его».
— Как справляться с родительскими ожиданиями?
— Спросите себя: «Чего я сам хочу от этой учебы?» Мы с детства знаем, что «учиться необходимо», но редко понимаем, зачем именно. А когда начинаем разбираться, то выясняется, что в первую очередь это важно для нас, а не для ребенка.
На самом деле наш главный мотив — снизить собственную тревогу. Учится — значит, у него все будет хорошо. Значит, не глупый, умеет справляться с задачами, сможет чего-то добиться. Львиная доля конфликтов вырастает из нашего страха за будущее детей.
Если подвести итог, то трех этих вещей — понимания особенностей ребенка, разговоров о его интересах и работы с собственными ожиданиями — достаточно, чтобы многое изменить.
— Как найти баланс между дисциплиной и свободой?
— Первый шаг — честно ответить на вопрос: «На что я еще влияю?» Будьте готовы, что ответ может вас разочаровать. В подростковом возрасте зона влияния родителей резко сужается. Можно, конечно, «скрутить ребенка в бараний рог», но это будет стоить вам такой крови, что вы сами откажетесь от этой идеи. Я часто спрашиваю родителей на консультациях: «Вы готовы взять его в ежовые рукавицы? У вас есть четыре свободных часа каждый день, чтобы сидеть рядом и контролировать? Хватит ли сил и нервов на это?» И они... с облегчением выдыхают: «Фух, нет... Слава богу, можно этого не делать».
Родители часто чувствуют себя всесильными, словно все, что происходит с ребенком, — это их личная заслуга или ошибка. Если все плохо, значит, мама с папой не доработали, они недостаточно хороши. Такой «комплекс Демиурга» создает ложное чувство вины. И от него нужно срочно избавляться, потому что родители влияют далеко не на все. По некоторым данным, только 20% того, что происходит со взрослым человеком, зависит от воспитания. Остальное формируется под влиянием других факторов.
Поэтому важно трезво определить зону своего реального контроля. Иначе, страдая из-за остальных 80%, мы еще больше злимся, активнее действуем, а толку нет. Получается дурацкая ситуация: мы непрерывно ругаемся с подростком из-за того, на что не можем повлиять, но не оставляем попыток. А по большому счету, в чистом виде мы можем влиять только на свое состояние: подойти к ребенку нервным и раздраженным — или спокойным и уверенным.
Второй, критически важный момент — это отношения. Они — база. Подросток должен хотя бы иногда чувствовать себя комфортно рядом с вами, чтобы захотеть вас услышать. Часто родители жалуются: «Мы постоянно конфликтуем, он нас не слушает, как при этом заставить его учиться?» Ответ прост: если между вами разрушен контакт, никакие аргументы не сработают. Если глядя на вас подросток видит неприятного, неинтересного человека, который привносит в его жизнь только разрушение и тлен, он не будет слушать от вас правильные замечательные слова. Ситуация осложняется тем, что в подростковом возрасте они вообще смотрят на нас через «черные очки», изначально воспринимая родителей не слишком радостно. А если мы прилагаем к этому дополнительные усилия, то разрыв увеличивается.
Поэтому — и я много пишу об этом в книге — поддержание отношений требует осознанных усилий. Мне нравится пример влюбленной пары — когда первое очарование, которое автоматически притягивает вас друг к другу, проходит, вы вступаете в стадию взрослой любви. А там, оказывается, надо вкалывать, чтобы эту любовь поддерживать, чтобы отношения были комфортными. С подростками и родителями то же самое: хотите, чтобы все было легко и доверительно — значит, придется прилагать усилия.
Третий аспект баланса — это свобода. Обычно подростки сами ее запрашивают, и пугаться этого не стоит. Как правило, они хотят не той полной свободы, которой мы боимся, а просто «какой-нибудь». Им важно ощутить, что они уже могут решать сами. Наша задача — внимательно посмотреть на поле взаимодействия и понять, где мы можем передать им контроль без того, чтобы поседеть и потерять последние зубы. Затем дождаться, когда в этой области возникнет конфликт, и сказать: «Хорошо, убедил. Теперь это твое». Так, шаг за шагом, и нащупывается баланс.
— А что будет, если вообще отпустить подростка и передать ему всю ответственность?
— Это большая иллюзия — полагать, что если вы дадите подростку полную свободу, все сразу станет прекрасно. Пример из практики: родители приходят на консультацию, обсуждаем учебу, и они говорят: «Мы ничего сделать не можем, мы его задолбали, пусть сам разбирается». Через неделю возвращаются: «Не сработало. Мы отпустили, а у него четыре двойки». Я отвечаю: «Но прошло всего несколько дней. Отпустить — это процесс, это не происходит в мгновение ока». Конечно, будет провал, не все справляются с самостоятельностью сразу. Да и вам самим важно понять: вы правда отпустили или просто сделали поводок подлиннее?
Иногда бывает, что самостоятельность, которую подростку впихнули, ему пока не по силам. И задача родителей — вовремя это заметить. Есть понятие: «зона ближайшего развития». Что-то ребенок уже умеет делать сам, — это его зона комфорта. С чем-то ему еще сложно справляться. А между ними — тонкая прослойка, где он может что-то освоить, но только с вашей поддержкой. Именно здесь и должна происходить передача ответственности.
Если мы бросаем подростка в зону, где он не может справиться, это неизбежно приведет к боли, разочарованию и откату назад — в «детский сад». И для него, и для вас. Поэтому так важно подбирать подход к каждому ребенку индивидуально, ведь каждая семья «варится» в своем уникальном котле обстоятельств.
— Как вообще стоит подходить к общению с подростком, если ваши взгляды на жизнь и будущее совершенно разные?
— Здорово, если у вас будет живой интерес к тому, какой он. Неважно, насколько расходятся ваши взгляды. Он другой — так это же супер! Если бы дети были точными копиями своих родителей, человечество давно бы вымерло.
Часто от родителей слышу: «Мы такими подростками не были». Я говорю: «Давайте по-честному, вы хотите, чтобы ваш ребенок был таким, как вы в подростковом возрасте?». Аж крестятся некоторые. Отвечают — «Не надо, было не очень».
Они другие, потому что вы их такими растили. Читали умные книжки и блоги о воспитании, давали больше свободы, учили выбирать — хочешь зеленое платьице или красное? Конечно, теперь они хотят выбирать! Раз уж вы с детства прививали им демократические ценности. Поздно возвращаться к авторитарному управлению, они уже не готовы.
С людьми, которые от нас отличаются, можно вести увлекательный и продуктивный диалог, если мы подходим к ним с вниманием и интересом. Если же начинать с позиции: «Все, что не похоже на меня — плохо», это превращается в непрерывное объярлычивание.
Главное, что я стремлюсь донести в своих книгах — подростки жутко интересные. Они необычно мыслят и рассуждают, живут в своем мире, который сильно отличается от нашего. И мы можем лишь заглядывать в него через дверной глазок.
Если ваш подросток вам интересен, разница во взглядах не будет иметь значения. Господи, вы посмотрите на партнера, с которым живете. Он такой же, как вы? Вряд ли, но вы как-то справляетесь. То же самое с друзьями и коллегами — они могут отличаться от вас в самых базовых ценностях, но вы их принимаете. А вот к подростку почему-то другая мерка. Почему он должен быть таким же как вы, только лучше? У него нет такой задачи, он будет другим.
Любопытный факт, который вы, возможно, замечали. К 30-40 годам в нас все ярче проступают черты, привычки и взгляды наших родителей. Говорят, что только после 40 нас отпускает, и мы начинаем жить своей жизнью. Так что если вам так важно, чтобы подросток был похож на вас, подождите — будет.
Не страшно, что он другой. Это усложняет понимание, только когда мы не хотим понимать. Попробуйте, когда он бунтует против ваших убеждений, сказать: «Да? Интересно. Расскажи, как ты это видишь. Покажи пример». Это, кстати, крутой лайфхак для любой коммуникации — услышав что-то, с чем вы не согласны, просто скажите «Да». Не спорьте, не возражайте, а поинтересуйтесь, почему так. Вы удивитесь, сколько всего можно обсудить с людьми, если подходить с открытым разумом. И с подростками это тоже работает.
