Музыкальный интеллект: как преподавать, учиться и исполнять в эпоху науки о мозге

Ожидание: книга с названием «Музыкальный интеллект» и подзаголовком «эпоха науки о мозге» обещает читателю захватывающее путешествие в глубины нейробиологии. Хочется заглянуть в мозг, чтобы увидеть, как обрабатываются обертоны, понять механику работы базилярной мембраны или удивиться тому, как мозг за микросекунды отличает ноту ля первой октавы на пианино от той же ноты, сыгранной на виолончели. Хочется узнать, почему одни звуки кажутся нам благозвучными, а другие режут слух.Реальность: Линн Хелдинг, педагог и вокалист, предлагает нам не биологию слуха, а карту мышления музыканта. Вместо учебника по анатомии мы получаем исследование того, как работает наше сознание во время обучения, репетиций и выступлений. И это одновременно самая сильная сторона книги и главный источник когнитивного диссонанса.Хелдинг — не нейробиолог, а проводник идей когнитивной науки в мир музыкальной педагогики. Ее главный враг — многолетняя традиция преподавания «как учили меня», основанная на подражании и интуиции. Ее главный вопрос: «Как?». Как эффективно передать знание? Как мозг ученика усваивает новое движение? Почему вчера на уроке всё получалось, а сегодня на сцене — провал?Книга построена как подробный ликбез для учителя музыки, который хочет понимать психологию своих учеников. Первая треть посвящена истории психологии: Хелдинг объясняет, почему бихевиоризм с его системой «кнута и пряника» калечит творческое начало, и как когнитивная революция вернула в образование понятия внимания, эмоций и мотивации.Хелдинг беспощадно и аргументированно развенчивает «эффект Моцарта», миф о доминировании правого/левого полушария и опасность ярлыков вроде «визуал» или «кинестетик». Книга объясняет, почему талантливые ученики «перегорают», почему похвала может быть вредна (концепция «обратной силы похвалы» Кэрол Дуэк) и как справляться с тревожностью выступления.Глава о «цифровом мозге» и феномене многозадачности — это жестокая, но необходимая правда о том, как смартфоны разрушают нашу концентрацию, и что это означает для музыканта, которому для практики нужна абсолютная фокусировка.Если вы, как и я, ждали погружения в нейробиологию слуха, работу слуховой коры или разбор вокальной акустики на клеточном уровне, — здесь этого почти нет. Устройство голоса и уха упоминается мельком, ровно настолько, чтобы объяснить «когнитивный диссонанс» певца, который слышит себя иначе, чем зал. Книга могла бы называться «Когнитивная психология для музыканта» — это было бы честнее.Имеется Эффект «рваного переключения». Книга написана как сборник статей, собранных в единый труд. Переход от истории психологии к моторному обучению, а от него — к «маме-тигрице» и воспитанию таланта происходит резко. Ты только увлекаешься одной темой, и вдруг внезапно оказываешься в другой, и требуется время, чтобы перестроиться.

Перевод книги не выдерживает никакой критики. Вероятно, переводчик А. Дрозд засунул оригинал в ChatGPT и результат сдал в издательство не глядя. А ведь книга если и не научная, то написанная автором-учёной. В ней применяются ТЕРМИНЫ, а термины требуют аккуратности при переводе. Но даже распространенные устойчивые выражения типа "break the leg" переводчик не смог корректно перевести, поэтому кто может, читайте в оригинале...