18 июня 2021

«Меня украли?» Как фото на пакете молока перевернуло жизнь подростка из Америки

Что делать, когда самые близкие скрывают от тебя правду

Дженни — самая обычная девочка-подросток. Она ходит в школу, болтает по телефону с подружками, влюблена в соседского парня. У нее идеальный дом и любящие родители. Но однажды она видит изображение пропавшей девочки на коробке молока и узнает в ней себя.

Вся ее жизнь теперь кажется обманом. Она не верит, что ее родители способны похитить ребенка. Но почему тогда ей не показывают свидетельство о рождении, в доме нет детских фотографий, а внешне она совсем не похожа на маму с папой? Ей предстоит выбрать — притвориться, что ничего не произошло и забыть обо всем, или разгадать эту загадку и узнать всю правду о своем прошлом.

Как Дженни узнала, что в детстве ее похитили, рассказываем в отрывке из книги «Лицо на пакете молока»

Ничем не примечательное имя

Дженни закончила сочинение. Ей никогда не удавалось угадать, какую оценку поставит за работу учитель мистер Брайлоу. Каждый раз, когда она писала его шутливо, он говорил, что хотел более серьезный текст, а при серьезной работе оказывалось, что нужно было наоборот.

На дворе стоял октябрь. Темно-синее небо пульсировало. Девушка чувствовала, что с каждым порывом ветра, срывающего листья с деревьев, ее тоже словно куда-то тянет. Появлялось желание сесть за руль и укатить куда глаза глядят. На самом деле Дженни было всего пятнадцать лет, она мечтала водить машину и уже начала брать уроки <...>.

Перечитав сочинение еще раз, она его подписала. В последнее время девушка постоянно меняла собственное имя — Джейн казалось ей слишком скучным. В прошлом году она была Джен. Одна буква ничего особенного не меняла, но казалось, что при написании выглядело как-то взрослее, а также индивидуальнее и выразительнее. К фамилии Джонсон она добавила букву «т», так что получилось Джен Джонстон.

У ее лучших подруг были оригинальные имена: Сара-Шарлотта Шервуд и Адаир О’Делл. Она поражалась, как ее родителей, у которых была такая распространенная и обыденная фамилия, как Джонсон, угораздило дать ей банальное имя. Почему нельзя было назвать ее Скарлетт, Аллегрой или хотя бы Роксаной?

— Центр управления полетами вызывает Дженни, — послышался голос мистера Брайлоу.

— Все зачитывают свои сочинения вслух, — продолжал он. — Хотим, чтобы и ты поделилась своим.

Она начала краснеть при мысли, что учитель уже давно пытается привлечь ее внимание. Мистер Брайлоу повторил свою просьбу. Она почувствовала, что краска отлила от лица, — девушка начала бледнеть, и накатила дурнота. Но тут прозвенел спасительный звонок. Обеденный перерыв пришелся как нельзя вовремя.

Молочный запрет

На еду она много времени не тратила. Недавно Дженни поставили диагноз — непереносимость лактозы. Смысл этого премудрого выражения сводился к тому, что после молока у нее начинал болеть живот. Доктора и родители запретили пить молоко и есть мороженое.

Вот только в рюкзаке лежали бутерброды с арахисовым маслом, которые вкуснее всего есть именно с молоком. «Как же мне надоел этот фруктовый сок», — подумала она <...>.

Вместе с одноклассниками они толпой спустились по широкой лестнице, прошли через просторные залы, чтобы попасть в невероятно маленькую школьную столовую. Ученики жаловались на то, что здание было не очень хорошо продумано — много места, где можно находиться во время перемены, но при этом его полное отсутствие в столовой. Хотя на самом деле они были рады, что их засунули, как сельдь в бочку.

Можно было ухватить чипсы из чужого пакета, поделиться секретом, чтобы его как бы между прочим могли услышать другие, передать записку понравившемуся парню и просить тех, кто стоит в очереди, взять для тебя второй пакет молока.

Похищенные дети и пакеты молока

Все, кроме Дженни Джонсон, взяли эти маленькие пакетики, причем настолько маленькие, что, чтобы напиться, их нужно было выпить штуки три — вот тогда хватило бы. Только работники столовой не разрешали. Девушка завидовала всем остальным, пившим густое, вкусное, белое молоко.

«А я здесь сижу со своим клюквенным морсом», — с грустью подумала она.

— Итак, кого там у нас на этот раз украли? — тон у Сары-Шарлотты был такой утомленный, словно она страшно переживала по поводу всех похищенных детей в мире <...>.

Все повернули пакеты с молоком так, чтобы видеть напечатанную на них фотографию очередного похищенного ребенка — их печатал местный молокозавод. Каждые несколько недель появлялось новое изображение.

— Не представляю, как вообще можно узнать человека, которого в трехлетнем возрасте украли в торговом центре в Нью-Джерси, если с тех пор прошло почти двенадцать лет, — произнесла Адаир. — Это же нереально!

Дженни пила сок из картонной упаковки и представляла, что это молоко <...>. Девушка с грустью подумала о собственных имени и фамилии — они словно созданы для анонимной жизни. Дженни выглядела моложе своего возраста — за последний год она выросла, но все равно была ниже одноклассниц. Дженни отличалась от подруг: Адаир и Сара-Шарлотта становились высокими продвинутыми девушками, умели правильно отвечать на колкости, чем она сама не могла похвастаться <...>.

Почему пропадают дети

— Мама говорит, что никого из этих детей на самом деле не крали, — заявил Пит. — Она говорит, что все это всего лишь хайп.

Дженни не сразу поняла, что друг имеет в виду фотографию лица, напечатанную на обратной стороне бумажного пакета.

— Как это? — спросила она и принялась есть свой бутерброд. Все-таки арахисовое масло — идеальная еда, к ней подходит все: бананы, маршмеллоу и, конечно же, молоко, которого сейчас очень не хватало.

— Все просто, — объяснил Пит. — Родители разводятся, потом один из них сходит с ума, забирает ребенка и уезжает, ничего не сказав другому. Так что ситуаций, когда ребенка выкрадывают незнакомые люди, просто не бывает.

— Подожди, хочешь сказать, что никто детей не крадет? — переспросила Сара-Шарлотта с нотками разочарования в голосе и драматично развела руками.

— Значит, никому не нужен выкуп?! Никого не пытают?! — воскликнула она.

«Интересно, насколько у меня сильная аллергия на молоко? — думала Дженни. — Умру я, если выпью один пакет? А если это произойдет, то надпись на моей могиле будет до безобразия скучной: “Здесь покоится Джейн Джонсон”. Надо будет оставить пожелание, чтобы написали “Джонстоун”».

Она решилась и наконец сделала то, о чем мечтала, — протянула руку, взяла стоящий перед Сарой-Шарлоттой пакет молока и выпила его. Вот теперь все было идеально: бутерброды с арахисовым маслом и молоко. Она поставила пустой пакет на стол.

Девочка на фото — это я?

На нее уставилась девочка с фотографии, которая была очень плохого качества. Там была изображена совершенно обычная и ничем не выделяющаяся девочка: волосы заплетены в косички, светлое платье в горошек с узким белым воротничком... Внезапно на девушку словно опустилась грозовая туча — в глазах потемнело, в горле пересохло, хотя удалось выдавить из себя имя подруги:

— Сара-Шарлотта… Казалось, что она кричит, но губы не двигались, из открытого рта не вырывалось ни звука. Джейн хотела протянуть руку и дотронуться до Сары-Шарлотты, но рука не слушалась и не двигалась, она безвольно лежала на картонке из-под молока. Было ощущение, что это чья-то чужая рука. В голове не укладывалось, что она могла накрасить ногти таким цветом и надеть на палец такое постыдное кольцо.

— Ты мое молоко выпила, — пробурчала подруга.

— Это моя фотография, — прошептала Дженни.

Меня украли?

Голова раскалывалась. Неужели ее так быстро «накрыла» аллергия? Или просто сходит с ума? Неужели подобное может случиться с человеком так быстро? Она думала, что это долгий процесс. Девушка представила, что сойти с ума можно мгновенно, как теряют ключи от машины или роняют куда-нибудь мелочь. Получается, с ней это произошло только что в школьной столовой.

— Какая фотография? — спросил Питер.

— Фотография девочки на картонке, — прошептала она абсолютно ровным бесчувственным голосом. — Это я.

Джейн вспомнила то платье. Вспомнила, как жал узкий воротник. Вспомнила, как болтались косички.

— Я понимаю, что тебя достала школа, — заявила Сара-Шарлотта. — Но утверждать, что тебя когда-то украли, — это уже слишком. Пит расправил раздавленный пакет и начал всматриваться в сморщенную фотографию с текстом.

— Тебя украли больше десяти лет назад из торгового центра в Нью-Джерси, Дженни. Чего ты здесь делаешь?

— Именно. Почему не бежишь в полицию? — усмехнулась Адаир.

— Она просто не хочет читать вслух сочинение, вот и пытается найти отговорку, — предположил Джейсон.

— Да нет, просто хочет отвлечь нас от того факта, что мое молоко выпила, — заметила Сара-Шарлотта.

Прозвенел звонок, и сидящие вокруг начали бросать мусор в стоящий поблизости огромный мусорный контейнер с вставленным в него черным целлофановым пакетом, но большинство промахивалось.

Убегая от работниц столовой, все бросились в класс, так и не подняв мусор с пола. Дженни держала в руке пустую упаковку из-под молока и смотрела на фотографию маленькой девочки.

«Меня украли», — пронеслось у нее в голове.

Что Дженни ждало дальше, читайте в книге «Лицо на пакете молока». Купить ее можно по ссылке

Какие красивые кнопки «Поделиться», так и хочется нажать...

По материалам книг

Подписка

Узнай о новинках первым!